Дмитрий Горчаков. Немного атома и радио (nucl0id) wrote,
Дмитрий Горчаков. Немного атома и радио
nucl0id

Categories:

Красота подводного мира с Александром Семёновым


Александр Семёнов. Фото отсюда.

Продолжаю публикацию адаптированных расшифровок эфиров моей рубрики "Теорема Горчакова" в утреннем шоу Радиолаборатория на радио "Серебряный дождь - Екатеринбург".

На этот раз мы пообщались с морским биологом, фотографом и потрясающим рассказчиком Александром Семёновым. Работает он начальником водолазной службы Беломорской биологической станции МГУ, но при этом путешествует по всему миру почти как Жак-Ив Кусто в рамках кругосветной дайв-экспедиции «Aquatilis». Александро сотрудничает с «National Geographic» и «Discovery», его фото удивительных и необычных морских животных украшают страницы журналов TIME и Wired. Одним словом, это лучший собеседник для обсуждения красоты и многообразия жизни на нашей голубой планете. Фото из экспедиции и ее находками можно следить в сообществе Aquatilis во Вконтакте. Все фото и подписи к ним в после взяты оттуда.

Аудиозапись эфира (18 минут) можно послушать или скачать по ссылке - по ссылке. В разговоре помимо меня принимали участие Маша Богута и Александр Цариков.



- Александр, расскажите о вашей экспедиции «Aquatilis». Как вообще такая идея появилась?

- Изначально это все появилось романтично и интересно, потому что у меня появилась яхта. Большая, парусная, красивая. Вместе с капитаном, который пришел и сказал: «Александр, а давай замутим кругосветную экспедицию и обойдем на яхте весь свет?». Я говорю: «Да, отличная идя, но давай сделаем из нее что-нибудь поинтереснее». Я на тот момент был уже активным водолазом и популяризатором науки. И решил, что надо делать что-то типа одиссеи Кусто, но с новым оборудованием и техникой, которая Кусто и не снилась.

Все согласились, всем идея понравилась. Это же страшная романтика – проплыть под парусом, понырять во всех точках. Но в яхту еще нужно было вложить большую сумму денег. И мы организовали краудфандинг на российской площадке. Там все прошло замечательно, мы собрали 2 млн рублей. Потом начали договариваться с учеными по всему свету, разработали себе маршрут, точки, запустили кампанию уже международную в надежде собрать денег столько, сколько надо. Потому что 2 млн – это маловато. Надо было порядка 80. И тут мы провалились, не собрали столько денег на международном краудфандинге. И, в итоге, поскольку у нас ничего не получилось, капитан сказал: «Да ну вас». И ушел вместе с яхтой. И мы остались со своей эпической глобальной идей без яхты, без капитана и без денег.

- И что вы решили делать дальше? Во что переродилась идея?

- Первое что мы поняли – не доверяй капитанамJ Из большой кругосветной эпической экспедиции на 3 года, как мы рассчитывали, идея переродилась в проект, который можно делать всю жизнь. Это бесконечная череда экспедиций. Когда мы организуем, допустим, экспедицию в Средиземное море. И мы разрабатываем для этой экспедиции нормальную логистику, ищем спонсоров, собираем деньги. Это не такие большие средства. Мы снимаем фильм в этом конкретном месте, делаем книгу, договариваем со специалистами и институтами на местах. В итоге мы едем туда небольшой командой, садимся на каком-нибудь рыбацком острове, снимаем там лодку, ныряем по ночам, например, вокруг этого маленького острова в Италии…


"Одна из самых ярких штук, которые можно встретить ночью на рифе - это Солнечный коралл Тубастрея (Tubastraea faulkneri или T.coccinea). Днем они выглядят как оранжево-розовые пеньки, но с наступлением темноты высовывают свои ослепительно яркие щупальца и начинают ловить планктон. Подробнее

- А почему по ночам?

- Днем рыбы съедают все наши объекты. А потом они ложатся спать. Оказывается, что ночью, во-первых, никто раньше не нырял, поэтому к нам приплывают животные, которых особо никто и не видел. А во-вторых, нам никто не мешает в море, корабли не мешают, навигации нет. И мы за 2-3 недели добываем столько материала, сколько на яхте сложно собрать. Потому что на яхте даже места нет, чтобы посушить оборудование.

- У нас вопрос от слушателей: «Что такое «Aquatilis»? Можно дословный перевод?»

- Aquatilis – латинское слово, которое означает «водный» или «обитающий в водной среде». Мы назвали так свою экспедицию. Так, на самом деле, должна была называться наша яхта, мы хотели ее переименовать во что-то водное, интересное и мистическое.

- Вы упомянули, что к вам подплывали необычные животные по ночам. Что-то неожиданное, какой-то новый вид вы открыли?

- Новые виды открывают постоянно. Мы тоже их находим. Но процесс их определения очень непростой и не быстрый. Есть один моллюск, который будет назван в честь нашей экспедиции. Но фишка в том, что ежегодно ученые открывают 15-20 тысяч новых видов живых организмов. Это значит, что в среднем в день по всей планете описывают 40 новых видов животных. Из них огромное количество – это подводные животные. Когда вы ныряете в том место, где никто особо не нырял или в то время года, или в то время суток, когда никто не нырял, шанс найти какое-то новое животное огромен. Невероятно огромен.


Подводное многгобразие Индийского океана. Подробнее

- Сейчас открыто около 200 тысяч видов животных, но считается, что это 5-10% от общего их количества. А как посчитано количество видов, которые не открыты?

- Очень просто. Есть в зоологии, скорее экологии, такой график зависимости количества открытых видов от времени. Когда мы только начинаем в новом месте копаться, зачерпнули сачком, у вас все там новое. И у вас эта кривая взлетает резко вверх. Прошло очень мало времени, а вы открыли уже очень много. До тех пор, пока у вас все еще остается много видов, не открытых в этом месте, ваше следующее черпание сачком будет приносить примерно столько же видов. То есть, много-много. Эта кривая будет лететь вверх. А дальше кривая будет потихоньку выходить на плато. И дальше, чтобы найти новый вид, вам нужно капаться сильно дольше. Сейчас, по количеству открываемых новых видов в каждой экспедиции, мы находимся где-то в начале или первой трети, первой четверти этой кривой. То есть нам еще очень-очень долго.

- Ваш вклад какой? За прошлый год из этих 15 тысяч вы сколько обнаружили?

- Несколько. Сложно сказать, потому что этим занимаются ученые, с которыми мы работаем. Мы собираем виды, которые кажутся нам странными.

- Вы берете все, что необычно?

- Да. А потом отдаем специалистам на местах. И они уже дальше копаются с этими животными. Просто чтобы описать новый вид, вам нужно от полугода до года. Это очень большая серьезная работа. Вам нужно сравнить это зверье со всем, что существует. Перетереть его в кашку и сделать анализ ДНК, сравнить с ДНК имеющихся животных. Понять, что это действительно новое, дальше написать статью, опубликовать. И все ваши коллеги по всему миру должны эту статью прочитать и согласиться, что да, действительно, это новый вид. И тогда можно поставить на него «штампик», что, да, открыли. У нас на Беломорской биостанции МГУ, где я работаю, каждый год по несколько новых видов открывают.


Маленькие морские Ангелы Clione limacina. Подробнее

- А что интересного открыли? Какие-то крупные виды новых животных вам попадались?

- У нас такого нет. Мы открываем маленькое и симпатичное, которое другие не умеют добывать. И это большая редкость. С крупными животными все чуть хуже, потому что крупных многие видят. Кто-то увидел: «О, класс!». Несколько лет назад был случай, когда на берег вынесло двухметровую медузу с этот стол размером, за которым мы сидим.

- А у нас круглый большой, метра полтора в диаметре.

- Да. И вот такая плюха валялась на пляже. То ли в Новой Зеландии, то ли в Тасмании, какая-то семья прогуливалась по пляжу, и перед ними лежит такая плюха. Потыкали палочкой, не поняли, позвали ученых. Ученые сказали: «Опа!». Что-то новенькое. Двухметровая медуза, которую никто никогда не видел. А еще до этого был открыт новый вид кита.



- Вам не приходилось обнаруживать древние, потопленные корабли или города затопленные?

- Кораблей на дне лежит навалом. Те, которые постарше, уже сложно отличить от дна, потому что они мгновенно обрастают жизнью, превращаются либо в искусственный риф, либо в субстрат для огромного количества различных животных. Иногда бывает, когда какой-нибудь кораблик сантехника потерпел крушение, на дне стоят унитазы.

- Вопрос от слушателей: считаете ли вы, что жизнь зародилась в океане?

- Я биолог. Конечно, я так считаю. А как же еще?


Медуза Aurelia limbata, обитающая в северной части Тихого океана. Подробнее

- А вы можете как-то объяснить тот факт, что к поиску жизни на других планетах, даже самой примитивной, привлечено гораздо больше внимания, чем к тому многообразию еще неоткрытых форм жизни, которые обитают у нас под ногами, в океане?

- Потому что фильмов, в которых к нам прилетают пришельцы, на порядок больше фильмов, в которых к нам приходят из океана какие-то существа. И на самом деле, те самые крутые формы жизни, которые мы стараемся изучать, и про которые мы рассказываем детям и взрослым на лекциях, в книгах, про них мы сейчас снимаем фильмы. Про них практически никто не снимал никогда. Люди не знают, что в море кроме медуз, китов, дельфинов есть сифонофоры, аппендикулярии, сальпы, асцидии, гребневики и еще 22 названия, которые никому ничего не скажут, а это названия огромных групп, которых 90% в океане, или даже 95%.

- В чем, собственно, основная цель и вклад в науку вашей деятельности? Вы только снимаете фото и видео? Вы занимаетесь описанием, изучением поведения новых животных в их среде обитания?

- Конечно, мы занимаемся описанием. И именно фотографии и видеосъемка позволяют пронаблюдать то, что происходит на самом деле в воде. Дело в том, что большое количество ученых работают в лабораториях и не ныряют к своим объектам. А мы занимаемся, во-первых, тем, что мы снимаем животных, которых никак кроме как под водой изучать нельзя. В основном, это желетелые существа, которые от одного прикосновения могут превратиться в аморфную кашку. И в аквариум вы его не положите, потому что у него нет приспособлений, чтобы сталкиваться со стенками. Такое животное можно, конечно, доставить в лабораторию. Но все, что из него можно добыть - это пробы на ДНК и, может быть, посмотреть биохимию. Но как оно выглядит, как питается, растет, как он дружит с другими видами или какие паразиты на нем, живут – это все можно посмотреть только под водой. Поэтому фотографируя или снимая на видео поведение животных, мы делаем ту самую описательную часть, которая раньше называлась всей биологией, в общем-то. Когда не было биохимии, анализа ДНК, генетики и прочего, люди занимались тем, что описывали новую зверюшку, зарисовывали ее и записывали, что она делает. Сейчас мы делаем тоже самое, только на уровне 21 века.

- Кстати, про технологии 21 века. У вас есть цифровые фотокамеры, у вас есть акваланги, которые Кусто, уже упоминавшийся, изобрел. А какие-то новые гаджеты у вас используются?

- У нас есть всякое. У нас есть подводные роботы, маленькие субмарины, управляемые джойстиками как от Sony PlayStation, когда ты можешь как будто играть в компьютерную игрушку. То есть, перед тобой мониторчик, а у тебя на самом деле на дне, на глубине до 500 метров, маленький робот. Есть роботы и побольше, которые глубже опускаются, но это уже специальное оборудование, тяжелое, не в каждую экспедицию возьмешь. Есть такие роботы, которые могут аккуратно засасывать всех животных в себя. А так, цифровая техника растет с каждым годом. И то, что казалось совершеннейшей фантастикой еще лет 20 назад, сейчас у нас абсолютно бытовая ситуация, когда вы снимаете какой-то кусочек дна размером со спичечный коробок, а дальше увеличиваете и видите у животных отдельные клетки на щупальцах. И это фантастика.


Экипировка подводного видеооператора. Подробнее

- Как-то поменялись с времен Кусто кислородные смеси? Теперь вы можете дольше, больше, глубже находиться под водой?

- Нет, тут физика и физиология, и она работает так, как есть. Сейчас есть смеси типа найтрокса, когда у вас обычный воздух немножечко обогащается кислородом, и вы можете под водой находиться чуть дольше. Но глубина ограничена.

- У вас бывали случаи, когда вы находили какое-то опасное животное?

- Были истории, когда опасное животное находило меня. Один раз я встречался с медузой-крестовичком. Это медуза, которую можно, в принципе, трогать 2 раза в жизни: первый раз вы сляжете с высокой температурой, галлюцинациями, и можете вполне попасть в реанимацию, потому что у нее очень сильный яд. И организм начинает готовиться к следующей встрече с этой медузой. И вырабатывает кучу антител. И когда второй раз трогаете эту медузу, а точнее она вас, у вас выделяется все это огромное количество антител, и у вас случается анафилактический шок. И вас собственный организм убивает.

И я ее встретил ночью, ныряя один, против всех техник безопасности, потому что это было у дома вечерком, я вышел просто с баллоном понырять. Это было в Японском море. Эта медуза маленькая, 2 сантиметра примерно. А у водолаза закрытый костюм, открыта только маленькая часть лица – щеки и губы. И, конечно же, я нашел эту медузу ровно в 5 см от лица, плывущую в мою сторону. Я тогда не умел плавать назад, но после этого умею идеально.

- То есть, она вас задела? Первый раз укусила?

- Нет, я успел уклониться, отплыл назад на метр. Потом вспомнил: «Я ж фотограф». И поплыл обратно. И у меня есть прекрасный снимок.

- Был такой прекрасный роман Станислава Гагарина «Разум океана». Удалось ли вам найти какие-то формы высшей нервной деятельности в этом самом океане. Правда ли, что вот-вот дельфины возьмут и заменят нас на земле?

- А что, дельфинам нужна ипотека, квартиры? Нет, они уже умные и явно умнее нас, потому что им ничего не надо, им самим хорошо. Дельфины наслаждаются жизнью по полной программе.

- Заводы же наши они остановить могут, которые им воду портят?

- Заводы могут остановить медузы. У нас в истории были случаи, когда атомные электростанции останавливались, потому что их системы охлаждения полностью забивались медузами.

- И последний вопрос. У вас есть мечта? Кем вы видите себя и свою деятельность лет через 10 или 20?

- Если честно, моя мечта в процессе исполнения. И большая часть уже исполнилась. Я занимаюсь любимым делом, езжу по всему миру с командой. И я надеюсь, что когда-нибудь у нас будет свой корабль, свой штаб. И мы сможем оттуда ходить по всему миру. Сейчас у нас все ограничено финансами. Географией уже не ограничено. Мы уже ездим практически туда, куда хотим. Ныряем и открываем совершенно новые миры. И главное, что мы этим можем поделиться с людьми.

PS: В качестве бонуса прилагаю видео двух лекций Александра Семёнова.

О экспедиции Акватилис:


О удивительных морских животных:




PS: Следить за публикацией расшифровок рубрики "Теорема Горчакова" и других научно-популярных материалов можно в моем канале в Telegram - TeorGor.
Tags: Серебряный Дождь, научпоп, это интересно
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments